И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Сижу, никого не трогаю, делаю свою работу. Вдруг приходит приглашение на интервью на радио. Жизнь прекрасна своей непредсказуемостью.
.
Рассказала о своём инстаграме (никогда бы не подумала, что он сделает меня знаменитой), о проекте, который только оформился. Оказывается, он уже вызывает большой интерес.
...
Тай присылает мне его любимое эссе Хантера Томпсона и говорит "мне очень нравится, как ты пишешь. Не бросай! Обязательно подумай о сборнике эссе или романе". Тай - мой ровесник, журналист и редактор из Вашингтона. Он когда-то подписался на меня в инстаграме, а теперь это - "бесконечный диалог о книгах с разницей во времени" между Римом и Лэйк Ридж.
Мы заключили договор - я читаю Томпсона, а он - Живаго.
.
Он первым прочитал моё эссе о Сибири и помог преодолеть страх. Никогда не думала, что буду писать на английском для прессы.
Тай пишет свою книгу, и я читаю её первой. От неё - приятное послевкусие, когда о прочитанном думаешь, то и дело возвращаясь к деталям, моментам.
.
Рассказала о своём инстаграме (никогда бы не подумала, что он сделает меня знаменитой), о проекте, который только оформился. Оказывается, он уже вызывает большой интерес.
...
Тай присылает мне его любимое эссе Хантера Томпсона и говорит "мне очень нравится, как ты пишешь. Не бросай! Обязательно подумай о сборнике эссе или романе". Тай - мой ровесник, журналист и редактор из Вашингтона. Он когда-то подписался на меня в инстаграме, а теперь это - "бесконечный диалог о книгах с разницей во времени" между Римом и Лэйк Ридж.
Мы заключили договор - я читаю Томпсона, а он - Живаго.
.
Он первым прочитал моё эссе о Сибири и помог преодолеть страх. Никогда не думала, что буду писать на английском для прессы.
Тай пишет свою книгу, и я читаю её первой. От неё - приятное послевкусие, когда о прочитанном думаешь, то и дело возвращаясь к деталям, моментам.