И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Два года назад, читая лекцию в магистратуре, я не могла расслабиться, чувствуя на себе постоянный взгляд опоздавшего, одетого в красивый, в лучших итальянских традициях, костюм, пошитый у портного, с вышитыми инициалами A.C.M. на рубашке с двойной манжетой и запанками. Его взгляд магнитит.
В перерыве я слышу рядом с собой бархатный голос с красивым калабрийским акцентом (оказывается, он может быть гипнотически красивым). Он представляется и угощает меня кофе, рассказывает о своем dottorato, в котором он на год старше. Меня гипнотизирует его аристократическая речь и этот акцент.
После лекции я сбегаю в тот невероятно жаркий день, увренная, что мы теперь будем часто видеться, будучи докторантами одного профессора. И с интригующей тайной его фамилии, принадлежащей одному из авторов итальянской Конституции.
***
Год назад, в переполненной аудитории по случаю лекции профессора из Йеля, я стою у стены, и снова чувствую на себе взгляд.
А. стоит у противоположной стены. Лекция оказывается скучной и, хоть я и делаю вид, что слушаю профессора, знаю, что А. почти не отводит взгляд. Меня накрывает это странное ощущение, что переполненной аудитории не существует, она исчезает. Улыбка, пересечение взглядов.
Толпа выносит меня в холл факультета, и я уже почти исчезаю на улице, но он успевает поймать меня в этом хаосе и спросить телефон, конечно, для того, чтобы пригласить поучаствовать в некоторых конференциях. Я остаюсь заинтригованной.
***
Этой весной лекция профессора из Колумбии заполняет всё ту же аудиторию до отказа. Я приветствую приглашенного профессора и моего научного руководителя, а обернувшись, вижу в дверях А., как всегда, безупречно одетого и улыбающегося. Он находит мне свободное кресло и стоит рядом, положив руку на спинку, и эта сцена почему-то напоминает мне старые фотографии. В перерыве он угощает меня кофе и удивляется, что я тоже пью его без сахара. Мы говорим обо всем - о прошедшем годе, и он жалеет, что мы так по какой-то случайности не встретились в Риме, ведь город маленький; о том, что он жил два месяца в Дублине, где потерял телефон; о C.М., его родственнике, и том, что публичное право ему ближе, чем частное; об экзамене в адвокатуру, сданном зимой; и о защите осенью. Он просит позвонить или написать ему, чтобы сохранить мой телефон, и я обещаю обязательно это сделать. Обязательно, и, наверное, в следующем году.
Мы встречаемся уже на следующий день, среди толпы, жаждущей услышать курс нашего профессора. Этот неожиданный взгляд и улыбка заставляют исчезнуть на мгновение всё вокруг - многоголосый гам, толчею. Мы обнаруживаем, что оба назначены collaboratori, кураторами курса и будем читать некоторые лекции. Мы сидим в первом ряду, и я ловлю случайную улыбку профессора, или мне только показалось?
После лекции он приглашает меня на обед, но профессор крадет меня, по пути обсуждая планы на семестр. В холле я вижу А.,который жестом показывает "хотя бы кофе", а я говорю "ок, после". Профессор уводит меня на улицу, и я думаю, что этому кофе не суждено состояться. Я прохожу через холл, чтобы выйти с другой стороны городка, а А. уже исчез.
В перерыве я слышу рядом с собой бархатный голос с красивым калабрийским акцентом (оказывается, он может быть гипнотически красивым). Он представляется и угощает меня кофе, рассказывает о своем dottorato, в котором он на год старше. Меня гипнотизирует его аристократическая речь и этот акцент.
После лекции я сбегаю в тот невероятно жаркий день, увренная, что мы теперь будем часто видеться, будучи докторантами одного профессора. И с интригующей тайной его фамилии, принадлежащей одному из авторов итальянской Конституции.
***
Год назад, в переполненной аудитории по случаю лекции профессора из Йеля, я стою у стены, и снова чувствую на себе взгляд.
А. стоит у противоположной стены. Лекция оказывается скучной и, хоть я и делаю вид, что слушаю профессора, знаю, что А. почти не отводит взгляд. Меня накрывает это странное ощущение, что переполненной аудитории не существует, она исчезает. Улыбка, пересечение взглядов.
Толпа выносит меня в холл факультета, и я уже почти исчезаю на улице, но он успевает поймать меня в этом хаосе и спросить телефон, конечно, для того, чтобы пригласить поучаствовать в некоторых конференциях. Я остаюсь заинтригованной.
***
Этой весной лекция профессора из Колумбии заполняет всё ту же аудиторию до отказа. Я приветствую приглашенного профессора и моего научного руководителя, а обернувшись, вижу в дверях А., как всегда, безупречно одетого и улыбающегося. Он находит мне свободное кресло и стоит рядом, положив руку на спинку, и эта сцена почему-то напоминает мне старые фотографии. В перерыве он угощает меня кофе и удивляется, что я тоже пью его без сахара. Мы говорим обо всем - о прошедшем годе, и он жалеет, что мы так по какой-то случайности не встретились в Риме, ведь город маленький; о том, что он жил два месяца в Дублине, где потерял телефон; о C.М., его родственнике, и том, что публичное право ему ближе, чем частное; об экзамене в адвокатуру, сданном зимой; и о защите осенью. Он просит позвонить или написать ему, чтобы сохранить мой телефон, и я обещаю обязательно это сделать. Обязательно, и, наверное, в следующем году.
Мы встречаемся уже на следующий день, среди толпы, жаждущей услышать курс нашего профессора. Этот неожиданный взгляд и улыбка заставляют исчезнуть на мгновение всё вокруг - многоголосый гам, толчею. Мы обнаруживаем, что оба назначены collaboratori, кураторами курса и будем читать некоторые лекции. Мы сидим в первом ряду, и я ловлю случайную улыбку профессора, или мне только показалось?
После лекции он приглашает меня на обед, но профессор крадет меня, по пути обсуждая планы на семестр. В холле я вижу А.,который жестом показывает "хотя бы кофе", а я говорю "ок, после". Профессор уводит меня на улицу, и я думаю, что этому кофе не суждено состояться. Я прохожу через холл, чтобы выйти с другой стороны городка, а А. уже исчез.