Цюрих совсем сказочный, с отточенными башенками церквей, похожих на иглы. Они так остро рвут низкие облака, что те просыпаются недозревшим слабым снегом, не долетающим до земли. Город живет в волшебной завесе полупрозрачного тумана, тепла, запаха свежего хлеба и шоколада. С балкончиков на набережной можно смотреть на пробегающих прохожих, трамваи и велосипеды. Набережная укрыта плотной завесой веток больших деревьев, изящно изогнутых над дорожкой.
Лиммат ведет нас все дальше, к башенке Фраумюнстер и двум массивным, отчего-то кажущихся лишними округлым башням Гроссмюнстер. За последним сдерживающим воду пределом - тоненькой полоской Квальбрюке - кажется, что небо почти касается озера нежно-нежно, этим полупрозрачным дыханием тумана и странным хрупким снегом, не касающимся глади воды.
Мне хочется остаться здесь, взять горячий чай или итальянский каппучино, и смотреть на это озеро, туман, лебедей, слушать церковный перезвон и не думать о времени.
There’s a road that follows to a home,
And the sky is heavy,
In the home she’s in a lonely room,
With music playing,
Can she hear my heart coming through,
On the door between.
(c)