• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: italia (список заголовков)
16:55 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Море гудит непрерывным гулом, ветер готов сорвать все одежды, от него просто нет спасенья. Мы выходим на шаткую лесенку из-за бархана, и видим эту невероятную силу, бушующую, ревущую. В одно мгновение нас настигает прямой ветер, заставляет согнуться, словно гонит прочь. Сын Фернандо спешит вниз, улыбается и жестом потирает плечи от холода, смеется и говорит, что это что-то невероятное.
Шторм даже в солнечную погоду делает воду полупрозрачного серого цвета, холодного, неприветливого. Огромные волны разбиваются с брызгами и мы усаживаемся поодаль, чтобы случайная волна не дотянулась. В такие моменты только они хозяйствуют на всем пляже. Холодный ветер остужает песок, и солнце не успевает его прогреть.
Я брожу босиком по воде, чистой и холодной, перемешавшейся с далекими от берега водами. Волны грозно ревут, но разбиваются чуть дальше, и к моим ногам стелятся тихо-тихо, ласкающе нежно, с пеной, и затем ускользают. Стоит только чуть отойти назад, как море подталкивает очередную волну, чтобы мягко дотянуться до меня.
В воздухе столько моря, что хочется дышать, дышать, подставив лицо прямым потокам ветра, и закрыв глаза, кажется, что я где-то в этой воде, в верхних потоках, где еще видно солнце и его блики играют на лице.
Столько соли, столько песка, столько непроизносимого счастья.
Мы спасаемся в ресторанчике у Фернандо. Теперь я точно уверена, что он делает лучшие на свете caprese и bruschette. Ветер все упорно пытается сорвать крышу домика, и все устроенное на столе.
***
Спуcтя два дня море спокойно и ласково, улыбается своим лазурным светом. Ветра совсем нет, он гуляет где угодно - в горах, на равнине, но только не здесь. На пляже никого, как всегда стоящая на привязи желтая лодка с аквамариновым канатом, где-то вдалеке два силуэта мальчишек кайтсерферов. На песке в одну линию выложена мозаика из ракушек, мидий, крабов. По высшей воле они оказываются рядом - охотники и жертвы. Море.

@музыка: all I heard - Mitzi

@темы: Мир вокруг, Italia

23:45 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Небо синее-синее, и свежий снег на горных вершинах долетает до меня ледяным ветром, стоит только подняться на какой-нибудь холм. У нас внезапно так холодно, как бывает в марте, только уже по-майски греющее солнце и цветы повсюду не дают забыть о времени. Везде цветут розы, маки, васильки и еще столько всего, что я просто не могу не потерять голову, когда мы с Дж. выходим на пробежку по деревенским дорогам и улицам.
Грозы проносятся одна за другой, в тугой душной теплоте, и в этот момент мне хочется оказаться в Фумоне, читать, слушать тишину, которую рвут напополам разряды молний, бьющие куда-то наверх, в один из старых замковых домов. Можно укрыться у хозяйки керамической лавки, или в лавке чудес с волшебными вещицами со всего света.
Дождь приносит свежесть, которая сменяется ледяным ветром.

@музыка: heaven - bryan adams

@темы: Italia, avvocato G.R, Мир вокруг, о личном

16:32 

Venezia

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Венеция утекает сквозь пальцы, струится бликами, отражениями. Небо здесь в двойном почете - умножается в воде и в стеклах вытянутых цветочной готики окон.
Я никогда не дышала столько морем. Морем живущая и морем созданная, дышащая.
Венеция звучит оркестром скрипок с полупрозрачной музыкой плеска волн каналов в еле уловимом фортепьяно.
В утренней тишине с Джудекка видна парадная суетность города. Она, Венеция, научилась удивительным образом сочетать пышную театральную парадность и простоту.
Мы находим самый прекрасный книжный магазин со старыми книгами, сложенными повсюду, старой гондолой, полной книг, кошками хранителями, подсказывающими, что купить.
С Zattere (Набережной неисцелимых) виден Питер. Скромная табличка Бродскому. Неизлечимо больные остаются и приходят в эти места. Изменилась форма чумы.
Тихое и умиротворенное спокойствие Сан Микеле. На могиле Бродского цветут розы. У Дягилева - маленькие балетные туфельки. У маэстро Стравинского - спокойствие и тишина. Поклониться каждому.
В Мурано у меня кружится голова от разноцветных сокровиц.
Бурано кажется игрушечным или волшебным королевством в одном из отражений. Тончайшие кружева, оконца, разноцветные домики, тишина улиц, открытые двери и запах свежей выпечки. Здесь нет времени, только приходящие и уходящие вапоретто, закаты и рассветы.

@музыка: venezia in sogno (chillout mix) - steven liquid and kira b.m.j.

@темы: путешествия большие и маленькие, впечатления, Мир вокруг, avvocato G.R, Italia

02:02 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Мы ездим в горы, смотрим на долину с орлиной высоты площадки дельтапланеристов. Кругом лес и скалы, и тишина. Хочется расправить крылья и лететь, потому что нет никаких оград и препятствий - только край и больше тысячи метров.
Мы ездим на вулканические озера, старые города, водопады.
Мы сидим у моря в шторм и оно, несмотря на всю грозность и рев, расстилается нежно перед ногами.
Мы теряемся в римских улицах, бродим по Флоренции, едим такие вкусности, какие бывают только в Лацио.
Кругом цветут розы, и это самая прекрасная весна на свете.

@темы: Italia, avvocato G.R, впечатления, о личном

13:31 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Где начинается конец моря? Скорее даже так: что мы имеем в виду, когда говорим: море? Огромное, ненасытное чудище или ту волну, что пенится у наших ног? Воду, что можно зачерпнуть ладонью, или непроглядную бездну? Выражаем ли мы все это одним словом или под одним словом скрываем все это? Сейчас я рядом с морем и не могу понять, где оно. Море. Море.

(c) А. Барикко

@темы: цитатник моей жизни, Italia

00:34 

la notte della sabba

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Ворота замка закрыты на замок, вокруг никого, пустые улицы, прикрытые ставни. Только свежий крепкий запах топящихся каминов выдает людское существо в округе. Такая тишина, что хочется спрятаться в один из домов, и смотреть на происходящее снаружи через щелку в ставнях.
Старый гном на калитке одного из домов задумчиво смотрит на нас, отслеживает взглядом. Он держит в руке небольшой старинный фонарик. Сегодня вечером он пригодится, клубящиеся над горами тучи спускаются все ниже.
Через чугунную решетку замковых ворот видится заросшая аллея, куда можно было бы пробраться, но только отчего-то нет желания. Внутри колется незнакомое чувство. Из единственного светящегося окна замка кто-то смотрит на нас.
Мы едем еще выше, городок, в который нет ни указателя, ни видимой снизу дороги. В San Vincenzo Superiore мы заезжаем случайно, и только открываем дверь машины, как начинает бить колокол. Через пару минут из ниоткуда появляется мужчина в черном пальто и идет к нам: «Вы кого-то ищете?». Для местного виллана он прекрасно говорит по-итальянски.
В Morrea, куда нам хочется попасть, заканчивается дорога. Городок на высокой горе, над которым возвышаются снежные пики. Заброшенные дома на подъезде зарастают плющом, дорога вьется через оливковые рощи, гнущиеся от сильного ветра. Мы выходим на старой площади, с которой открывается невероятный вид на веером уходящие вдаль гребни. Здесь такая тишина и такой ветер, что трудно дышать. Проходим по улице «под церковью», хотя церкви я не вижу, и выходим на небольшую террасу. Я почти интуитивно чувствую в городе четыре-пять человек, не больше. И почти не чувствуется запах топящихся каминов. С террасы открывается вид на долину и петляющую внизу реку, параллельные прямые автострады и железной дороги, селения под горой и склоны гор напротив, заснеженные, с линиями ущелий в снегу. Странные белые облака спускаются все ниже и ниже с двух гор. Morrea оказывается почти между ними. Ветер беспощадно гонит нас прочь. Я поворачиваю голову и у окна замечаю метлу, почти новенькую. Входные двери этого дома – старые, заперты давно, перед ними стоят цветочные горшки, что не выйти, не войти. Нам с Дж. Начинает казаться, что в этом ветре, в курящихся облаках, в пустых селениях и в одиноком прохожем в Сан Винченцо есть что-то необычное. Мы спешим спуститься и уехать, потому что вечер опускается с этими странными облаками стремительно быстро. Потому что старый гном смотрел на нас задумчиво, и у нас нет фонарика в руках.
Это одна из волшебных ночей, когда горные тролли прячут свои сокровища, когда можно увидеть гномов. Одна из колдовских ночей старых магов, нагоняющих белые облака, и одна из ночей ведьминого шабаша.

@музыка: mountains of rain and sun - telenn gwad

@темы: Italia, avvocato G.R, Мир вокруг, впечатления, о личном

20:54 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Ледяной воздух режет все внутри, он появляется из ниоткуда, как и снег, покрывающий все вокруг. Снег уже слегка талый, но чистый, что почти не разобрать слоев. Я выхожу, чтобы промерзнуть в этой белоснежной пустыне, пропахнуть снегом, ветром, продышаться. Так, словно все это время внизу я дышала поверхностно, едва-едва. Снежный пик в закатных лучах, пустая дорога 666, на которой я танцую, странные следы уходящие куда-то вниз по склону, не разобрать.
Полторы тысячи метров.
...
Мы смотрим на закат с пустой площадки для дельтапланеристов. Она невыносимо притягательна своей высотой, особым светом, особым звуком. Слышно, как за спиной по скальному отрогу сыпятся камни и звенят по крышам двух оставленных машин. Слышно, как пролетает вихрями ветер, как шуршат камешки под ногами. Чем ближе к краю, тем заманчивее, и нет никаких преград, ничего, раскинуть крылья. За полосой гор впереди угадывается море. И тишина, такая, что не плакать, не смеяться, замереть на мгновение и прыгнуть. К закатному солнцу, к какому-то случайному костру внизу и дальше на запад, до самого края. То ли до Авалона, то ли до Валинора, потому что в этот момент они существуют.
...

@музыка: song for mountains - les discrets

@темы: о личном, впечатления, avvocato G.R, Italia

00:22 

sabato

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Сегодня Италию заливает дождь. Впервые после долгой недели холодного солнца. Дождь оставляет идеальные прямые под идеальным углом, поезд с трудом прорывается через встречный ветер и завесу воды, иногда слышится вой. В дождь здесь совсем не грустится, потому что завтра по всем прогнозам снова солнечно, потому что на идеально ровных полях светится изумрудом свежая трава, потому что на апельсиновых деревьях висят яркими оранжевыми пятнами ароматные фрукты. Дождь в Италии – это просто повод сказать «che pioggia!», покачать головой и рассказать историю.

Себастьян расказывает свою невероятную историю о том, как имел свой бизнес в Генуе много лет, мечтал проехать Россию на мотоцикле в далеком восемьдесят восьмом, но после пятидесяти лет, в один прекрасный день оказался с двадцатью евро в кармане. Он пошел в университет и получил диплом юриста, закончил магистратуру в Испании и сейчас учится в Риме, каждую неделю приезжая из Генуи. Глядя на него, я чувствую восхищение. Мне очень хочется, чтобы он однажды устроил нам экскурсию по его родному городу.
А. рассказывает об отце, который с волной иммиграции отправился в Америку, и вернулся спустя тридцать лет. Он никогда не рассказывал о том, что делал там. Но в течение всего времени присылал деньги, правда, таким образом, чтобы получить их мог только он, по возвращении.
Мы с А. часто рассказываем истории, так, словно у каждой из нас есть горка старых фото, из которой мы поочередно вытаскиваем одну и рассказываем о дядюшке Р., или вот на этой - молодой Н., а вот здесь - его жена.
...
Когда американец Алек, с сицилийскими корнями и вторым итальянским паспортом, рассказывает, что всю жизнь готовил пасту, и с американским акцентом произносит «Мы завтра голосуем», - мне хочется улыбаться.

@музыка: buried in the murder - the lonely wild

@темы: эпизоды словами, о личном, впечатления, avvocato G.R, Italia

01:58 

terremoto

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Землетрясение застигает всех субботним вечером (вторую неделю подряд), кого-то в постели, кого-то в баре, и через пять минут площадь у ворот дома заполняется людьми, некоторые в пижамах под пуховиками, синьора в пижаме и норковой шубе. Сегодня нас потрясывает весь день. Отменяют спектакли, все покидают бары. Эпицентр всего в тридцати километрах, и старые дома шатаются при трех и пятибальной волне, и слышится шум ставен. Старушка И., которой идет сотый год, решает не покидать дом. Спешка и спуск с высоты третьего этажа, потом подъем обратно, - вот настоящий риск для сердца, а не это землетрясение. Она посмеивается.

В нашем доме мы почти не почувствовали волну, новые дома построены с повышенными требованиями к сейсмоустойчивости. П. вспоминает сильное землятресение в Неаполе, когда шум от волны опережал ее на несколько секунд, и П. слышала ее приблежение, играя во дворе. Вспоминает, как животные прятались за несколько минут до волны землетрясения в Аквиле.

Горы растут.


@музыка: counting down - nataly dawn

@темы: эпизоды словами, о личном, Italia

21:16 

mare

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Море прячется внутри, глубоко внутри, и вырывается наружу, стоит только прикоснуться кончиками пальцев к холодной пенной воде, плавно накатывающей на песок. Море также, как и внутри, ревет, разбивается о камни и скалы, превращаясь в брызги. Внешнее и внутреннее море соприкасаются в единственной точке, в которой слышно только шум волн, ветер, чувства становятся резче, острее, и в то же время спокойнее. В этой единственной точке бъется сердце.
...
Мой любимый город на скале до лета остается под надзором сотни человек, закрыты ставни, покинуты до весны отели, рестораны, бары, gelateria, yogurteria. Мы встречаем только три человека, гуляющих по lungomare. Один из них спешит исчезнуть, как только мы спускаемся по узкому проходу к морю. Оно подкрадывается к самым постройкам, спешит ревностно утащить всё, что находит, и выбросить на берег лишнее. Я – единственная, кто решается спуститься на песок. Мы с Дж. идем к скале, оставляя две дорожки следов. Стоит только подняться по лестнице и оглянуться, как следы исчезают, и кажется, что это был странный сумеречный сон.
Море зимой не ревет, стоит только прислушаться, как находится тончайшая мелодия. Свинцовое контрастное небо прячет заходящее солнце внутри. Лучи вырываются где-то над берегом, и оттеняют места, где небо дождем соприкасается с морем. Насыщенный серый становится кристальным аквамариновым, с белыми отливами бегущих хребтов волн, похожих на удивительных морских существ, и играющим с нежным серо-розовым оттенком заходящего солнца.
...
В кафе у моря двое завсегдатых болтают с хозяйкой, причитающей “Mamma mia, che onde! Che onde! Chissà che ci porteranno”. Она готовит вкуснейший горький горячий шоколад с амаретто. Теплые деревянные стены, столы и стулья, высокие и узкие окна, смотрящие на море. Сумерки сгущаются, и снаружи вода и небо превращаются в одно целое, облетевшие деревья стойко смотрят на волны, и начинают разгораться фонари.


@музыка: gwerz kiev - denez prigent

@темы: avvocato G.R, Italia, впечатления

02:40 

Ostia

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...

Ветер, молл,уходящий в море. Теплая голубая вода, прозрачное небо. Площадь заполнена людьми. Дети, бросающие конфети. Дети вразных костюмах. Дети, сидящие в кружок и наблюдающие за уличными артистами. Вся площадь покрыта плотным слоем конфети. Шагов не слышно. Карнавал.

...
Римский порт. Подтопленные насыпи, рыбаки на краю. Тонкая полоса розового заката. Замерзшиеруки. Рынок с баночками меда, ручной работы коврами, тонкими керамическими кафтанами, стеклянными свечными фонарями. Ужасно мерзнут руки. Почему с В. мы говорим по-итальянски?

...
Кошки спят в обнимку под батареей. Девочка стесняется. У нее совершенно русское лицо. Говорит иногда с невозможным римским акцентом. В стеллаже русские книги и русская литература на итальянском. Большой словарь. Воспоминания о Москве, которую я не знала.

...
Коллекция чайных чашек. Веджвудский голубой фарфор. Девочка показывает свои любимые чашки, и рождественскую – с ангелочками. В студии - картины, написанные архитектором. Правильная перспектива и минимализм. Коллекция гитар и книг. Гражданский кодекс.

...
В. отвоевывает помещение для театра. "Они не понимают, они никогда не были во МХАТ". Зал, тишина, и вскрик, от которого подпрыгиваешь.


@музыка: hurt me - jezabels

@темы: впечатления, Мир вокруг, Italia

02:08 

I

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...

Ничего не начинается и не заканчивается, как бы патетично это не звучало. Поезд едет “вверх”, как говорят здесь, с юга на север. У меня в руках бутерброд из свежего хлеба с твердой корочкой из каменной печи, поркетта, а за окном холмы и поля, с двух сторон – горы с заснеженными вершинами. Солнце подсвечивает и без того яркую зимнюю зелень травы, контраст гор, над которыми клубятся черные облака, низкие, что кажется, эти горы – бесконечность. В ущельях курятся небольшие облачка. Там, где заканчивается зеленая подложка долины и начинаются гребешки гор, примостилась деревушка, в ожидании и надежде, что снег до них не дойдет. А снег спускается всё ниже, сырой и большой, захватывает всё, окутывает каждую ветку.

Я похожа на девочку из старого клипа Майлза, который мне всегда нравился. В этом поезде кажется, что так было и будет всегда, за окном будут мелькат пейзажи, остановки, закаты и рассветы. Мне нравится здесь, в Лацио, где однажды я случайно оказалась и почувствовала себя дома. Мне всё еще так сложно понять, что через несколько дней меня не заберет самолет, что теперь я - часть этого.

Я ужасно хочу поехать в заснеженные горы, в Молизе, где они самые высокие.

Даниэле говорит мне: «Конечно, но под снегом все будет одинаковым. Может лучше поехать летом?»
А я каждый раз вижу заснеженные верхушки Абруцци и говорю, мы поедем туда в феврале.
...
В Colfelice совсем забывают свою историю. Соседнее Fregellae гордится своими римскими корнями, хоть от них и осталось всего пара развалин. От легенды о Драконе и старом названии городка остались только воспоминания, но только я каждый раз проезжая мимо, смотрю на уснувшего дракона, на его спину с окаменевшим гребешком.


@музыка: it's alright - bang gang

@темы: самокопание и результаты раскопок, о личном, впечатления, Мир вокруг, avvocato G.R, Italia

04:08 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Здесь снег как доказательство существованья Бога,
Первопричина и чума,
И Рим - вечный эстет и недотрога -
Уже готов сойти с ума.

Он падает неспешно и на мрамор,
Прямую времени на два куска дробя.
Мне снег как самый важный доктор,
Как доказательство существования тебя.

@темы: стихи (мои, ловец моих снов, Italia

03:16 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
На via Merulana стоматолог высунувшись из окна курит и болтает по телефону, в кафе сидят завсегдатаи и распивают caffè, туристы бредут, раскрыв рот и щелкая затворами, на площади у Santa Maria Maggiore всё те же голуби, - Рим потому и вечен, что не смотрит не на кого, живет своей жизнью в этих барах, магазинах, площадях и переулках. Он улыбается мне, тепло и солнечно: "Ты все таки решилась. Ну, привет!"
***
Самолет отрывается от земли плавно-плавно, и я прощаюсь с Москвой. Снег беспощадно плотной стеной отгораживает всё, что оставляю, в это странное утро и так не было понятно, что земля, а что - небо.
***
Ранним утром мы спешим, по пустым улицам, укрытым плотным молочным туманом. Я так люблю здешние туманы, в которых рассеивается свет желтых фонарей, и все, даже самые близкие объекты кажутся ирреальными. Стоит подойти ближе, протянуть руку, и они растворятся в этом воздухе, как лопнувшие мыльные пузыри.
Поезд разрезает туман, как игла, вонзается со всей силы. В этом мороке, я, совсем простывшая, не нахожу места. Впереди - Римский университет, конференция и невероятное количество информации.
***
В Sala Laurea одного из старейших университетов висит мозаичная римская икона, красные стулья расставлены плотными рядами, и множетсво незнакомых и важных лиц. Ректор говорит мало и быстро, по-медицински. Я вижу его второй раз в жизни, и второй раз он часто шутит. Немецкий профессор говорит с характерным акцентом в некоторыз буквах, итальянский английский понять иногда просто невозможно, и я отвлекаюсь на солнце и зелень за окном. Для меня все еще трудно свести данные календаря с зеленью и возможностью носить туфли, а не теплые сапоги.

@музыка: inevitabile - giorgia

@темы: о личном, Мир вокруг, avvocato G.R, Italia

23:11 

l'inverno italiano

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Зима в Италии - зеленые холмы, бархатистые, покрытые изумрудной травой, словно кто-то умеет идеально ровно разливать этот цвет, рисовать, не допуская неравномерности. Это белые пушистые комочки, рассыпаные бусинами по полям, - овцы. Это солнце, которое ходит ниже и становиться ласковее, нежно пригревая и заманивая выйти на улицу. Это заснеженные горные вершины, в которых свет играет самыми невообразимыми, красивейшими красками, от серо-голубого, насыщенного цвета снежных туч, до нежно-розового цвета рассветного неба.
...
В воскресение к нам приезжают Ванесса и Маттео, и в доме становится шумно и весело. Дж. и Маттео оказываются одетыми почти, как близнецы. Анна с утра готовит свою фирменную lasagna, отбивные со сливами, я делаю strudel. Мы сидим за столом до самого вечера, болтая и обсуждая самые разные темы. Смотрим свадебные фото и смеемся, потому что Маттео есть почти на каждой фотографии. Он просит меня отправить ему понравившееся, где кажется актером старого итальянского фильма, сидящим на террасе. Потом приходят кошки, и все немедленно обращают свое внимание на них, фотографируют их чудачества.
...
В понедельник мы завариваем чай и держимся ближе друг к другу. Утро солнечное, но ветреное. Ветер скользит, свистит и завывает на большой террасе, забирается во все щели в ставнях, что совсем не хочется выходить. Ветер холодный, то ли с моря, то ли с уже покрытых снегом гор, не дает покоя, треплет волосы. Он солнечно-беспокойный, южный, бесконечно меняет направления. После утренних дел в суде мы хватаем дома самое нужное и отправляемся в Рим, где бродим по улочкам, украшенным рождественскими огнями, греемся в уютных кафе. В одном из них читаем французский Rolling Stone и испанский Imagenes, спрашивая друг у друга значение редких незнакомых слов. В Италии так легко понимать написанное на любых романских языках.
На рождественской ярмарке на Piazza Navona балуемся сладким, рассматриваем фигурки и детали для вертепов. Меня удивляют мельчайшие детали - отливы бочков каждого яблока в крошечных корзинках. Дж. покупает традиционную liquirizia и мармелад.
Мы бродим по Campo dei Fiori, рассматриваем невероятной красоты старинные расписанные залы французского посольства в Palazzo Farnese через большие окна. Переходим Тибр по мосту, утонувшему в опавших листьях, горящих пожаром в свете рыжих фонарей. Гуляем по Трастевере, выжидая время, греемся в Illy's кафе (они прекрасны по всему миру). И спешим в гости к Николе, пригласившему нас на спагетти.
У Николы уютная квартира, красивый сад, вино с карамельным послевкусием, радостные новости, коллекция русских книг и фильмов, тысяча слов и впечатлений, ореховый пирог. Мы болтаем до ночи, и потом бежим, чтобы поймать первое такси и успеть на последнюю электричку.
...
Зима в Италии - бесснежная, для меня бесконечно похожая на осень, уютная, с радостными визитами друзей, вкусной едой (другой тут не бывает), новогодними елями, которые украшают 8 декабря, с полентой и pandoro, с солнечными днями, густыми туманами, редкими ливнями, прохладными квартирами и горячими каминами, теплыми свитрами, шарфами, хрупкой изморозью, красными гранатами, апельсиновым вареньем.

@музыка: mirror maru - cachmere cat

@темы: Italia, avvocato G.R, Мир вокруг, впечатления, о личном

00:15 

Colfelice

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Первого декабря мы едем к бабушке Дж. Местечко Colfelice стоит среди плавных холмов, разделенное одним из них на две части. Раньше это были две соседние деревушки - Coldragone (Драконий холм) и Villa Felice. Местные жители так и не научились объединять это место под одним названием.
В первый день зимы мы разжигаем большой камин и греемся у него, уплетая разные вкусности. Глядя на горящий огонь внутри начинает теплиться предчувствие Рождества. Бабушка улыбается, молча и задумчиво смотрит на нас, как на маленьких детей, а мы и есть дети. Ее зовут Наталина, от итальянского Natale - Рождество. Она родилась перед праздником, и потому носит такое особенное и светлое имя.
В округе повсюду чувствуется запах зажженных каминов. В маленьком старинном Aquino (официальной родине святого Фомы) и Roccasecca (настоящей родине) дым ползет из дымоходов, окружая пространство, разогревая старые камни, растекаясь по узеньким улочкам, и не выходит за городские стены.
Поля укрывает белесая изморозь. Виноград собран, фиговое дерево почти облетело и старые часы покрылись инеем. До весны.

@музыка: to france - michael oldfield

@темы: эпизоды словами, впечатления, Мир вокруг, avvocato G.R, Italia

21:16 

Доступ к записи ограничен

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
12:41 

di te'

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Когда-то в холодном последнем дне апреля мы открыли для себя Chiostro del Bramante. Под крышей галереи второго этажа А. грелась вкуснейшим горячим шоколадом из большой чашки, мы с Дж. пили cappuccino и ели шоколадные торты, заботливо приготовленные в местном кафе. Спокойная средневековая музыка и тишина двора околдовывают случайно нашедшего это потайное место в самом сердце Вечного города.
С тех пор каждый раз я захожу сюда, чтобы смотреть на немногочисленных гостей, заглядываю в книжный. Мне нравится сидеть на каменных скамеечках-уступах и прислушиваться к эху двора и лестниц, галерей, замечать, как чайки прилетают на старую часовню. Весной я всегда греюсь горячим чаем, знаменитым и прекрасным Tea Forte Co в шелковых пакетиках вытянутой пирамидкой с листочком на верхушке.
Летом мы приходим сюда от Quinto c лучшим в мире мороженным и смотрим на изящество Joan Miró.
Мне нравится смотреть на город с его холмов, от Villa Medici и Villa Borghese, проскользнув верхней дорогой к Piazza del Popolo. Мне нравится слышать Рим, видеть его крыши и купола, статуи, ветер, теплые стены и зеленые ставни. Но Chiostro дает возможность оказаться внутри, и иногда кажется, что это - настоящее сердце древнего города, и он впускает сюда не каждого.

@музыка: Sanctus & Benedictus

@темы: впечатления, avvocato G.R, Italia

21:00 

Czerwone maki na Monte Cassino

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
В Montecassino есть огромный и богатейший монастырь. Он стоит на высокой горе, гордо вздымаясь над окружающим пространством, и я вспоминаю книги, в которых о нем говорится. Даниэле рассказывал мне, что еще с детства был впечатлен величием этого места, даже уснув в поезде неприменно просыпался, подъезжая к Cassino. Поэтому в его "Confraternita del lupo" (Братстве волка) так хорошо описан монастырь из окон поезда, идущего в Isernia. У.Эко в "Имя розы" писал именно об этом монастыре. Его невозможно не заметить ни с поездов, идущих к югу из Рима - в Молизе, Неаполь и далее, ни с автострады. Всё вокруг - ниже его, окружающие горы ненамного, но уступают, и даже высоченные Abruzzi, до самого лета покрытые снегом, из-за особенностей зрения кажутся преклонившимися перед величием монастыря. А он взирает на земли, до сих пор принадлежащие аббатству, на виноградники, отданные крестьянам по средневековым контрактам, до сих пор действующим, заключенным в королевствах и государствах, которых уже нет; вглядывается в горизонт, который в ясную погоду уходит в море, лежащее в нескольких десятках километров.
Мы греемся на солнце, ожидая, пока монастырь откроют, и я теряюсь в теплом итальянском марте, голубом небе, на котором нет ни облачка, в свежем ласковом воздухе, в цветущей повсюду вишне. Дж. предлагает пойти в еще одно особенное место.
С другой стороны на гору и на монастырь смотрит польское кладбище. Огромный памятный монумент на покатом склоне холма с укоризной глядит на монастырь, показывая строгий огромный крест и могилы солдат, расположенные аккуратными рядами. Начинает казаться, что величие этого места теряется перед величием этих солдат. Здесь тихо и спокойно, но лесные птицы почему-то не поют. Всё укрывает особенная тишина, в которой развеваются большие польские флаги. Туристы тихо читают имена солдат, кланяются. Немолодая пара принесла цветы к одной могиле. Здесь лежат поляки, украинцы, белорусы, евреи, русские. Я читаю имена, звания, и к концу списка из больше тысячи имен к горлу подкатывает ком. Большинству из них было по двадцать лет. Какая судьба занесла их так далеко от дома, чтобы одать свою жизнь у чужого монастыря, в чужой стране. Кажется, эту твердь действительно защищали высшие силы. Битва при Montecassino вошла в историю Второй мировой войны, как одна из самых длительных и самых кровавых, по-сути ставшая битвой за Рим. Дж.рассказывает, что выжившие поляки не могли вернуться в Польшу, и большинство из них вынуждено было всю жизнь скитаться по Европе. Некоторые так и остались в Италии, остальные разъехались в Англию, Францию.
На выходе я читаю надпись на польском и перевожу Дж. и А. Проходящие супруги приветствуют нас и говорят мне что-то по-польски, я говорю, что русская, и они улыбаются. С трудом вспоминая кое-какие слова, объясняю, что не говорю на их языке, но читаю и понимаю. Они вспоминают русский, который когда-то учили в школе. Мы дружно молчим минуту к светлой памяти лежащих здесь солдат.

@музыка: Czerwone maki na Monte Cassino

@темы: эпизоды словами, впечатления, Мир вокруг, avvocato G.R, Italia

12:23 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
- Куда Вам столько багажа? - спрашивает веселый таможенник ранним утром. Все пассажиры, идущие на паспортный контроль в еще старом аэропорту недоумевают, почему этот человек такой веселый и такой громкий. Мы стоим прямо за девушкой, которой и предназначался этот вопрос.
Девушка улыбается, приобнимает стоящую с ней женщину:
- Я улетаю в Италию насовсем. Навсегда.
Таможенник с улыбкой и уже не таким громким "понятно" пропускает ее и родителей, идущих с ней, до линии паспортного контроля.
...
Это случилось три года назад, когда мы в первый раз летели в Рим. Мне запомнилась эта девушка и ее грустная улыбка, что-то особенное было в ее глазах, когда она отвечала таможеннику.
Сейчас я понимаю.
Вчера я купила билет в один конец.

@музыка: Indefinite leave to remain - Pet Shop Boys

@темы: самокопание и результаты раскопок, о личном, эпизоды словами, Italia

Летящие страницы

главная