Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
21:31 

Mosca

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
"Желаем вам приятного пребывания в Риме, а некоторым из вас - добро пожаловать домой", - веселый голос голландского стюарда странным резонансом звучит во мне. Теплые огни, чуть сырой осенний воздух, звезды, - я вернулась.
В Москве меня укрывало плотное осеннее небо, сырость и отовсюду заметное ожидание снега в каждом взгляде. Кажется, все бегут куда-то только в надежде, что сегодня он наконец пойдет, промыпется, укроет черную землю, серые мостовые, черные силуэты деревьев, на которые отчего-то больно смотреть. Снег не случился, только холодный дождь размазывал город в его разноцветных скоростях.
...
В давно знакомом Loft на Лубянке мы смотрим на раскачивающиеся от сильнейшего ветра строительные краны, согреваемся тыквенным супом и смотрим на необычный контраст и свет этого дня. Каждый дом кажется взятым с разных фотографий, выцветших, новых, отретушированных в разных оттенках.
В Fresh мы сидим у большого окна и смотрим на изменившуюся Дмитровку, на прохожих, в каждом из которых есть что-то особенное. Теплый салат с лисичками и тыквой, киноа, тофу и вкусные смузи, - это новое любимое место. В Москве хорошо быть путешественником.


@музыка: moscow discow - telex

@темы: впечатления, о личном, самокопание и результаты раскопок

00:48 

Den Haag

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Серое серое небо окутывает все, словно теплое покрывало, прячет под собой мельницы, поля и дома из красного обожженного кирпича. Зелень травы Гаагского леса и земля, густо усыпанная желтыми листьями, говорят мне о том, что я стала ближе к северу, к северной осени. Старые прямые деревья тянутся к небу, оголяя свои ветви, словно вытягивая выше руки. Табличка говорит, что в XVI веке лес хотели срубить, но король вмешался и спас его. На одном из стволов я вижу чье-то лицо, как магическое дерево, что просыпается ночью и пугает путников.
Тихий шорох листьев под ногами, шаги по отсыпанной дорожке, С. рядом и тишина возраждают во мне что-то тихое, спокойное и северное, уютное и задумчивое.
Запах рыбы на перекрестках, уютные книжные и старые пластинки. Мы садимся на трамвай и едем к морю. Мимо трехэтажных домов с большими окнами, мимо дворцов, музеев, намечая визиты.
Серое небо и серое море, от которых перехватывает дыхание. Тонкая полоска заходящего солнца в точке их прикосновения. Облака, быстро плывущие на восток.
Мы слушаем чаек, греемся в ресторанчике и говорим, как всегда, теряя нить, отвлекаясь на детали, рассказывая обо всем, что случилось. И так славно, что несмотря ни на что, все эти годы мы вместе, можем сидеть в Scheveningen, слушать спокойное море, вскрики чаек и наслаждаться этим уютом и теплом внутри.


@музыка: only heather - wild nothing

@темы: о личном, путешествия большие и маленькие, эпизоды словами

14:53 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Пицца с цветами тыквы имеет очень нежный и изящный вкус, который дополняется моцареллой и анчоусами, по желанию. Я ем кусочек под теплым солнцем почти летнего дня, в Риме еще +25. Завтра я буду в Лейдене, где меня встретит С. и мы наговоримся вдоволь. Странно, но в Голландии я каждый раз оказываюсь осенью. Сырой воздух каналов, серое небо, облетевшие листья и теплый свет окон.
После этого - холодная Москва, ноябрьские заморозки, и у меня теперь совсем нет подходящей обуви. При постоянной разнице температур в двадцать градусов сложно найти что-то подходящее. Итальянцы поеживаются, когда я говорю им об этом.


@музыка: on a tuesday in amsterdam long time ago - counting crows

@темы: Italia, о личном

19:19 

Prato di Campoli

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Есть поле, ровный луг зеленой травы, мягкой, по которой можно ступать по-кошачьи тихо. Облетающие с деревьев большие желтые листья ложатся аккуратными полосами вдоль пустой дороги. С каждым днем воздух становится свежее и прохладнее, здесь он кристальный. Едва заметная тропа манит подняться вверх, к вершине, чтобы смотреть на случающийся только осенью прозрачный воздух, в котором можно рассматривать долину, холмы и горы до горизонта. Ежевика совсем поспела, черные ягоды висят на спутанных кустах.
Не наступать на опавшие листья, чтобы не будить лес, слушать его колыбельную в кронах.

@музыка: Afternoon - Youth lagoon

@темы: Italia, avvocato G.R, Мир вокруг

17:49 

olive

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Теплая осень, ласковые морские ветры, медленно желтеющие кроны, шорох желтых и алых листьев, голубое небо, дома, покрывшиеся алым плющом, - я дышу этими днями. Мы жарим каштаны, печем вкусные торты из каштановой муки, едим каштаны в глазури - marron glacé. Рим полностью подчиняется каштановому аромату, несущемуся с площадей и перекрестков. Адвокаты едят жареные каштаны у суда, финансисты - у банков. Все чаще слышится запах разожженых печей и пиццы. После сбора винограда все ждут праздники молодого вина novello, скоро начнется сбор оливок, и время самого вкусного домашнего густого и золотого оливкового масла, с неповторимым вкусом.
В древнем Арпино - оливковые сады покрывают галереи крепости на самой вершине, где аккуратно сложенные предримским племенем камни образуют единственную в мире арку с острым сводом. По крепостным стенам можно пробраться вдоль садов и смотреть на стену высоких гор напротив. Оливковые деревья растут здесь веками.

@музыка: creation - emmy the great

@темы: Мир вокруг, avvocato G.R, Italia

23:37 

toccare il cielo

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Коснуться осенних облаков можно в старых городах. Протянуть руку и дотронуться до неба, идущего тебе навстречу с другого конца переулка. Старый фонарь не горит, не нарушает настроение задумчивой осенней встречи. Облако скользит по улицам и переулкам, окутывает балконы, сады и фонари, заглядывает в окна и разносит запах лимонных ciambelle, которые по старинному рецепту готовит синьора в маленькой пекарне. Повсюду - завораживающая тишина, теплый свет окон и аромат первый раз этой осенью зажженых каминов.

@музыка: myth - beach house

@темы: Мир вокруг, Italia

01:13 

Amalfitana

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Блестящие чешуйки церковных куполов напоминают приглаженные перья заморских птиц. Над ними пролетает старый самолет с пилотом в старых авиационных очках, и самолет тянет за собой послание на длинной ленте. Здесь начинается волшебство.
Меня околдовывают блики солнца на пологих волнах, отражения зеленых силуэтов плоскокроных сосен, скалы, словно нескладно выстроенные из старого необожженого кирпича.
...
Стоя на горе Соррентинского полуострова, море оказывается повсюду, справа - Неаполитанский залив с большими кораблями, туристическими городами, суетливым Сорренто и замершим Везувием, слева - спокойная лазурная бесконечность Амальфитанского побережья, скалы, сосны и чистейшая вода. Амальфи, Прайано, Позитано, Фуроре - колдовские места со старой морской магией, первые морские республики, кошачье царство, ночной лов рыбы, террасы над морем, дома на скалах, узкие дороги, пещеры, вертепы и старые башни на скалах, стоящих одиноко в море.
Мы возвращаемся сюда вновь и вновь, потому что вода только здесь имеет особенную прозрачность и волшебный цвет, потому что только здесь, чтобы попасть на пляж, нужно преодолеть два высоких лифта, вырубленных в скале, а чтобы попасть в отель - оставить машину наверху, где только площадка и домик, и спуститься в холл отеля на лифте. Мы купаемся в спокойной воде, глядя на просыпающийся Позитано, едим свежайшую рыбу, пьем кампанское белое (Falanghina - летняя традиция), ходим пешком, покупаем "почти неаполитанскую пиццу", наслаждаемся свежим инжиром на завтрак и дышим морем.
...
Зимой море разбивает старые дома, прочто стоящие здесь веками наперекор его могучей воле. Оно крадет лодки, срывает ставни, и в редкие моменты сильнейшей ярости разбивает стекла в домах. Оно мстит Амальфи, старой морской столице, за ее наприступность, неуступчивую твердость, за то, что оно может потопить корабли, но не может ничего сделать с висящими над ним домами.
Я хочу видеть эту бешенную ярость, достающую вверх на десятки метров, ревущую, зимнюю, под свинцовым небом.
После улыбчивого Салерно с рождественскими огнями, мне хочется кутаться в шарф, и смотреть на это безумие.

@музыка: Amalfi - Hooverphonics

@темы: Italia, впечатления, о личном

18:40 

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Карамельное послевкусие портовых городов
Лечит меня, вывернув наизнанку осень.
Теплое небо, прохладный песок, корабельный остов,
Дерево накапливает солнце, засаливает "на потом"
В ставнях, дверях и лицах - белая проседь.

Море срывается, нет больше силы быть
Сдержанным в плокости отраженных лучей.
Шепотом кофе, боясь угодить в резонанс минут
От этого языка есть привычки и нет толмачей.

Солнце стекает по беленым пологим стенам,
Стараясь сбежать за углы, которых здесь нет
Вопреки всем проектам и сметам.
Как легко раздраженный жарой находит свою любовь в тепле.
откуда-то: "нет, приходите в среду, после обеда".

Рыбак, не продавший улов, перебирает снасть
Нарочито не замечая кошек, ждущих удачи.
Город, как мертвая рыба, с моря показывает свою пасть,
Ночной лов кому смерть несет, кому сласть.
Промысел здесь один, и на вид - кошачий.


@музыка: a light on a hill - margot & the nuclear so and so's

@темы: стихи (мои, Italia

16:17 

le città delle favole

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
San Gregorio da Sassola - самый сказочный город всего Лацио. Он прячется за горами, и выехав из-за очередного изгиба дороги, видишь этот средневековый чудо-город с перекидным мостом в княжеский дворец, возвышающийся над всем городком, с башнями, лабиринтами узеньких переулков, старыми синьорами и кошками, музеем вертепов. Все это прячется внутри крепостных стен, а с княжеского замка можно смотреть на неизвестно как устроенные и пристроенные домики, черепичные крыши и каминные трубы.
...
Утренние густые туманы возвещают о приходе осени. Дни все еще теплые, ласковые, с постоянством голубого неба и теплого солнца. В округе созревают и начинают привлекать яркими пятнами большие гранаты, пока еще покраснев только с бочков. Фиги раскрываются и сыпятся на землю, тыквы уже собраны и стоит присмотреться, их, разных цветов и форм, можно увидеть в окнах и на террасах. После летней жары снова расцветают розы.
Повсюду слышится горьковатый запах костров vendemmia - сбора винограда и заготовки вина. Виноград собирают с раннего утра, чтобы затем перемалывать, отжимать, и оставлять в огромных котлах. В виноградниках остаются только редкие гроздья, которые оставляют для еды.
...
Каждый вечер, гуляя с собакой, мы встречаем ежа, живущего в нашем дворе. Он уже не прячется при виде нас, и продолжает делать свои запасы. Наверняка ночью он потихоньку хрустит кошачьим кормом, который оставляют для дворовых кошек.

@музыка: come as you are - kad

@темы: Italia, avvocato G.R, о личном

19:35 

Italia

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Мне нравится чувствовать море с трех сторон, горы за спиной, жаркий южный ветер, теряться в скалах Амальфитанского побережья, нырять в аквамариновую воду, где не достать до дна, собирать на песке ракушки, гулять по заколдованному лесу Цирцеи, смотреть на затерянные древние города, вулканы и вулканические озера, стремиться к заснеженным вершинам, на которых колокол возвещает приход бури, считать красные черепичные крыши, блуждать по средневековым замкам-городам, вспоминать латынь по римским надписям, пробовать вино, уметь выбирать оливковое масло, тысячи видов сыра, жарить большие каштаны, болтать с монахами древних монастырей, рассматривать вертепы, считать часы от Тирренского до Адриатического, бродить по ярмаркам, пить неаполитанский кофе, теряться в улицах больших и таких разных городов, смеяться вместе с гондольером, учиться жестам, тараторить на самом красивом языке, сидеть на Испанской лестнице или любоваться закатом у Тибра с Сант-Анджело, идти через ночную Перуджу, собирать виноград, подставлять руки теплому осеннему солнцу и улыбаться, пить лимончелло и запасать дынный мелончелло на зиму, распахивать ставни, исследовать каждую деревушку или городок, скрывающие сокровища, гулять по весенним маковым полям, выбирать керамические чудесные вещицы, пить вкуснейший горячий шоколад, считать ночные лодки с фонариками, дышать морем. Это только часть моей Италии. Наверное, никогда не пожалею, что переехала.
...

@музыка: youth - daughter

@темы: Italia, Мир вокруг, о личном

13:37 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Осеннее море не похоже ни на одну написанную о нем картину. Это ревущая бездна песочного цвета, сворачивающая каменные отвалы, прорывающаяся на берег, тянущаяся к тебе, к следам, медленно исчезающем на черном вулканическом песке, чтобы едва-едва коснуться россыпью брызг. Поодаль на это безумие смотрят чайки - снова вступившие в свои права хозяева. Зачехленные зонтики еще стоят, словно оловянные солдатики, робко всматриваясь в ревущую бездну. Море бросает им все, что когда-то приняло или утащило у островных жителей, - детские игрушки, туфли, заколки, бутылки. Оно разметало повсюду угольки костров.

Если встать на линии воды, то можно услышать, о чем рассказывает море. Его слушаю только я, да еще девушка с ребенком, и скандинавская женщина, устроившая палатку на пустом пляже. Вокруг все закрыто, людей совсем нет, и кажется невероятным, что еще вчера здесь было шумно и весело, и вдруг в изменившемся угле солнечного света люди пропали, или остались в параллельной реальности высокого жаркого солнца и голубого неба без дымки. Из одного из бесчисленных закрытых ресторанов на штормящее море смотрит мужчина.

@музыка: sea&mist - hakon storm

@темы: Italia, avvocato G.R, Мир вокруг, впечатления, эпизоды словами

17:48 

Vienna

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
В шесть утра Вена еще спит, слегка улыбаясь во сне нежному утреннему свету, заглядывающему в окно. Август здесь прозрачен, как осеннее небо. Магазины и лавки закрыты, кругом такая тишина, что кажется, город улыбается только нам, странным путешественникам, бредущим по пустым улицам, незаметно ведущим нас к самому сердцу. Мы останавливаемся у Штеффи, и в этот момент раздается колокольный звон, старый любимый венский будильник. Вена поворачивается во сне, слегка потягивается, открывает глаза и распахивает окна. Венцы, спешащие к утренней службе исчезают внутри собора. На улицы постепенно и неспешно начинают выходить люди.
В десять утра Вена пахнет свежестью, мятой и меланжем.
В кафе начинают расставлять стулья и столы, на перекрестках появляются велосипедисты, и смешные велосипедные светофоры перестают работать впустую. Мы проходим утренние парки - Burggarten, Hofburg, где у статуи принца Евгения девушка читает что-то по-итальянски. Проходим красивые сады, павильон с розами, где небольшие группы занимаются тай чи, аллею с аккуратно расставленными стульями, посаженные кусты роз и небольших деревьев, каждое из которых хранит свое послание. Я дышу этим городом, растворенной здесь осенью.
В тишине любой безлюдной улицы здесь слышится музыка, чистое фортепьяно, легкое, летящее, и мы следуем музыке. Она ведет нас к старому кафе Frauenhuber, где делают настоящий меланж, и где, как мы случайно узнаем позже, играли Бетховен и Моцарт.
В Schönbrunn осень чувствуется еще сильнее, она постепенно касается деревьев этого огромного парка, и гуляет в тени деревьев. Это волшебство завораживает, я теряюсь в аллеях и лабиринтах, как в настоящей стране чудес.
На Дунае еще гуляет лето, и он блестит своей голубой водой, отражает августовское небо, деревья и шпили церквей.

@музыка: vienna - linda eder

@темы: путешествия большие и маленькие, впечатления, Мир вокруг, avvocato G.R

01:35 

Khakassia

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
После Карьерного перевала мы спускаемся с Саян вниз, в степь, желтеющую, августовскую. Я распахиваю окно машины, чтобы впустить этот горячий, густой, разнотравный, чуть горьковатый воздух. Здесь чувствуешь себя рыбой, плавающей в огромном мировом море, чьи плавные холмы на дне были до начала истории выглажены солеными водами, от которых остались соленые озера, похожие на Мертвое море, или менее соленые, но особенные. Зеркала на плоскости степи.
Курганы новой эпохи остались только группами камней, тагарские - возвышаются по степи большими спинами. На большом старом кургане виднеются письмена и символы жизни, отпечатки персов и скифов, приходивших поклониться захороненному здесь старцу.
Дорога ровной линией стелится по плоскости, отмеренной столбами. Кое-где виднеются стада коров, кое-где по степи пасутся кони, над разогретым полотном дороги кружат коршуны.
Мы останавливаемся в деревенском доме старого большого села, где почти нет машин. Я помню эту тишину, особенно среди степи, когда кроме ветра и звона цикад не слышно ничего. В этих старых домах так хорошо спится.
На деревянном крыльце кругом цветы, сибирские коты с закругленными ушами гуляют рядом, ластятся. Мы едим местные блины, тоненькие, с густой деревенской сметаной. Я впервые в жизни понимаю, как это - есть блины просто со сметаной, похожей на масло. После русской бани мы пьем чай с дикой степной земляникой и дышим вечерней прохладой.

@музыка: sunrise at mongun-taiga - andrey bogdanov

@темы: путешествия большие и маленькие, о личном, впечатления, Мир вокруг

13:30 

моя европа

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
утро начнется с двух пшиков баленсиага. дорога в светлое завтра
перекрыта из-за ремонта на целое лето. конец цитаты
если ты помнишь я не из той европы, где гренки едят на завтрак
я не люблю прошутто не признаю фритатты

мне до сих пор страшновато теряться в разверстой пасти
капитолиев, форумов, арок и колизеев
звать закуски на новый манер: мне пожалуйста, антипасти.
и я ношу эммигрантские платья - приманки для ротозеев

и все что я могу рассказать о моей европе - ее принято звать восточной
до небес здесь возносят культурный львов и ругают киев
удивительно: время течет иначе - страшнее, дольше. я знаю точно:
мы уснем на подоле, проснемся совсем другими.

тебе никогда не понять ни меня, ни мою европу. я пропитана ей как пончик
спина еще помнит надежные верхние боковые любых плацкартов
и не скрыть ни одной туникой, ни спрятать под ламовым мягким пончо
шрамы-родинки городов той другой европы. ее не найти на карте.

(c) Екатерина Янишевская

@темы: стихи (из и-нета

00:27 

***

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
В Москве жарко, и начинает казаться, что жара ездит со мной, колесит по всему земному шару в старом чемодане с четырьмя разноцветными уголками.
Здесь пишется от руки под сильные грозы.
Москва полна воспоминаний.
...
Мы лазаем по деревьям, перебираемся на двадцатиметровой высоте по бревнам и канатам. Gabriel-Hound, я очень по тебе скучаю в Италии.
...
Каждый раз, когда я думаю о нем, запускаю в небо китайский фонарик. Несбывшееся.

@темы: Мир вокруг, ловец моих снов

00:05 

Красноярск

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Спустя восемь тысяч километров, тайга повсюду, она хозяйствует здесь и диктует свои законы, и даже большой город уступает, оставаясь в отведенных ему границах. Самолет скользит по прямой вниз, параллельно линиям электрических проводов и рельсам транссиба, проложенных ровными прямыми среди отдающего голубым оттенком леса.
Странно попадать в места, где был так давно, что кажется, это была прошлая жизнь или сон. Мы гуляем по городу, который я почти не помнила, дышим широкой рекой, катаемся на велосипедах по острову Татышева, где сейчас так здорово, что весь город собирается и отдыхает с велосипедами, роликами, играет в игры, занимается спортом на специальных площадках для детей и взрослых, кругом снуют суслики.
У старой часовни все по старому, она свысока смотрит на город, остается его сердцем. Мы гуляем по старым улицам с деревянными сибирскими домами, едим сибирские грузди и невероятно вкусную оленину в яблочном соусе. В Краеведческом музее проводим почти целый день, рассматривая историю этого огромного края, его богатства, и останавливаемся у найденных остатков следов, растений эры динозавров, смотрим на настоящий, найденный здесь, скелет мамонта. В нижней части музея - антропология, племена и народы, жившие и живущие на этой необъятной территории. Мы рассматриваем их одежду, лодки, амулеты, читаем о традициях и верованиях, заглядываем в юрты. В специальном зале шаманы каждой народности расставлены по-кругу, и смотрят на посетителей, передавая какую-то необъяснимую энергетику. Дж. замечает, что некоторые народности внешне и по одежде так похожи на северо-американских индейцев.
Мы отправляемся в путешествие через тайгу, через отроги Саян, чтобы оказаться в бескрайних степях. По пути останавливаемся над Енисеем, чтобы посмотреть на эту великую реку, на горы, скалы и лес. Мы рассматриваем бурундуков, больших орлов, кружащих совсем рядом, прямо над нашими головами. В тайге останавливаемся, чтобы покушать, и слышим ее, прохладную и таинственную даже в солнечный день. Она стоит рядом, стеной, перед которой стелится трава и луговые цветы, а внутрь, за деревья, манит темнота. Здесь хозяйствуют медведи, волки, лисы, рыси, белки, филины, маленькие кедровки, рассаживающие тайгу, делая земляные кладези из кедровых орехов, и забывая о них.

@музыка: sunrise at mongun-taiga - andrey bogdanov

@темы: путешествия большие и маленькие, впечатления, Мир вокруг, avvocato G.R

09:14 

avventure

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
У нас впереди - голубая тайга, Саяны и бескрайние степи с жарким запахом летних трав, соленые озера и горные реки. И восемь тысяч километров.
А пока - раннее утро, каппучино и оливковые sfoglie с видом на взлетную полосу и караван самолетных хвостов в римском тумане.

@темы: о личном, Мир вокруг, avvocato G.R

02:54 

Bacio Perugino

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
А.прилетает вечером, и мы едим пиццу в полупустом ресторанчике и смеемся от радости, что снова вместе. В полночь строим планы на приключения, и Дж. неожиданно предлагает поехать в Умбрию, в Todi, Spoleto, а потом мы, конечно, вспоминаем о Перудже, где живут его друзья.
Дорога ранним утром стелится перед нами и мы едем вверх, на север, минуем Рим, и пейзажи становятся совсем другими. Мягкие горы и холмы, поля, подсолнуховые заросли, скрученные стоги сена, и машины, едущие вниз, к морю.
Съехав с автострады мы оказываемся в настоящей волшебной стране, и выехав из подгорной галереи попадаем в Нарнию. Настоящую Нарнию, которая по-итальянски звучит, как Narni, - сказочный городок со старинной легендой о грифоне.
Мы спешим в Corciano, маленькую умбрскую жемчужину, где гуляем по усаженным цветами улицам, каждая из которых хранит свою историю на небольшой расписанной вручную табличке, например, "улица тех, кто работал с шерстью". Пьем bitter в небольшом баре с видом на умбрские пейзажи, и они особенные, не похожие ни на что в Италии.
Обедаем со старыми друзьями Дж. - Франко соблюдает особую диету без glutine, и так готовят только в Revolution на улице Гагарина. Джери присоединяется к нам в конце обеда, и переводит на себя все внимание. Он просто чудо.
...
Перуджа - фантастическая, музыкальная, полная сказок и старых легенд. С грифоном и львом хранящими город. Мы едем туда на миниметро - небольших вагончиках без машинистов, которые едут по дороге, похожей на американские горки. На самый верх, чтобы снова встретить Франко, секретаря Демократической партии, ответственного за проведение праздника партии на центральной площади города. В субботу они говорят о правах животных.
Джери ведет нас по городу, как гид, переходя с английского на итальянский, говоря, говоря, обо всем на свете. Он невероятно солнечный человек. Кажется, ему все еще двадцать.
Мы спускаемся в Rocca Paolina, впечатляющие катакомбы, где случайно застаем выставку железнодорожного моделизма. Все дружно, как дети, рассматриваем большие модели и маленькие паровозики и дома.
У арки префектуры можно разговаривать, зная правильные углы, а в городской галерее - красивые лев и грифон, настоящие нарнийские. Мы идем пешком до этрусскского восьмиугольного храма, и сидим на зеленом газоне, смеясь и болтая.
Пьем вино за огромным столом в отличном винном баре и пробуем местные фирменные продукты - сыры и norcino. И снова гуляем по вечернему городу, пока наш гид не предлагает пойти есть неаполитанскую пиццу в лучшей пиццерии, и рассказывает о своих приключениях в Германии и его жизни там, куда он так скоро возвращается.
В полночь мы понимаем, что машины остались внизу и идем пешком через весь город, ночной город, через катакомбы вниз, через сады и забываем зонт в кафе, где пьем ночной кофе. Это лучшие на свете приключения, и нам с А. хватает впечатлений, чтобы влюбиться в этот город и захотеть пожить в Перудже.



@музыка: stars in their eyes - just jack

@темы: о личном, Мир вокруг, avvocato G.R, Italia

01:33 

Ciociaria

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
В Colleferro - подсолнуховые поля, насколько хватает глаз. Область маленьких солнц.
В Segni - старая мощная крепость на подъезде, скалы и огромные валуны на самом верху, и старинная церковь Св.Петра, XIII век. Она скромна и достойна рыбака. Молнии бьют повсюду, кроме церкви и большого креста, сделанного почти кельтским. В основании церкви - циклопическая стена, рядом - идеальный круг из камней древнего племени без имени. Кругом тишина, гашеная хвоей. Я качаюсь на качелях на хребте горной гряды, за спиной долина, впереди - ущелье. Дождь, полет, свобода, и свежий горный воздух и сосновый лес.
В Sgurgola повсюду картины, il paese che dipinge la musica - городок, рисующий музыку.
Morolo - средневековье с узкими улицами и одинокими светофорами "spegnere il motore" (заглушить мотор). Кошачье царство. Цветы, огромная старинная книга в церкви. Маленькие старые двери, балкончики и проходы между и под домами, лестницы, переходы.
...

@музыка: soft fall - sun airway

@темы: Italia, avvocato G.R, Мир вокруг, впечатления

01:32 

Feltrinelli

И тополя уходят - но нам оставляют ветер...
Ранней весной 1956 года Пастернак дал полную рукопись романа в редакции журналов «Новый мир», «Знамя», а потом и в издательство «Художественная литература». Летом на дачу в Переделкино приехал сопровождаемый представителем иностранной комиссии Союза писателей сотрудник итальянского радиовещания в Москве, коммунист Серджио Д'Анджело. Он попросил рукопись для ознакомления и в этой официальной обстановке получил ее. К автору рукопись не вернулась. Анджело передал её итальянскому коммунистическому издателю Дж. Фельтринелли, который, ввиду того что международная конвенция по авторскому праву в то время не была признана СССР, мог печатать роман без его разрешения. Тем не менее он известил Пастернака, что хочет издать роман на итальянском языке. 30 июня 1956 года Пастернак ответил ему, что будет рад, если роман появится в переводе, но предупреждал: «Если его публикация здесь, обещанная многими журналами, задержится и Вы её опередите, ситуация будет для меня трагически трудной».

Издание романа в Советском Союзе стало невозможным вследствие позиции, занятой руководством Союза писателей. Она отразилась в коллективном письме членов редколлегии «Нового мира», подписанном А. Агаповым, Б. Лавреневым, К. Фединым, К. Симоновым и А. Кривицким, и определила отечественную судьбу Книги на 32 года вперед. В Италии же тем временем перевод был успешно сделан, и, несмотря на то что А. Сурков специально ездил в Милан, чтобы от имени Пастернака забрать рукопись для доработки, Фельтринелли 15 ноября 1957 года выпустил книгу в свет. Вскоре им были выпущены два русских издания, обеспечившие ему авторское право во всем мире, кроме СССР. К концу 1958 года роман был издан на всех европейских языках.

(c)

@темы: Italia, цитатник моей жизни, эпизоды словами

Летящие страницы

главная